Беседы с дочерью (Маше 2 года) |
Интересное детям | |||
Автор: Максимчук Людмила Викторовна | |||
04.07.2024 12:41 | |||
Мои незатейливые беседы с дочерью начались довольно рано, с её двухлетнего возраста. Правда, говорить она стала поздновато, ближе к двум годам, сначала отдельными, не очень понятными словами и вскоре короткими предложениями. У меня даже сохранились записи названий слов и предметов – так, как Машенька их называла первоначально. Любопытные и трогательные вещи… Мне часто приходилось перелистывать этот альбом – не специально, а читая вслух гостям и друзьям нашего дома. Случалось, гости высказывали одобрение и удивление в мой адрес: как это я не поленилась каждое выражение или фразу записывать, да ещё в отдельный альбом? Иногда, конечно, и не успевала записывать, иногда забывала, а случалось, писала на ходу, а потом уж переписывала в альбом. Моему мужу, Владимиру Михайловичу, эта идея понравилась, поэтому он, при всей его занятости, часто пересказывал мне свои диалоги с Машенькой, а порой и сам записывал их. Маша же умудрялась раскрывать этот исторический альбом с другого конца, рисовать свои каракули и рисунки.
Получился настоящий домашний альбом с иллюстрациями – как в добрые стародавние неспешные времена. МАШЕНЬКЕ — 2 года Гуляем на улице. Маша увидела большого дога. – Смотри, мама, это конь? – Нет, это собака, – Как конь! Как конь! – кричит на всю улицу.
– Маша, ты знаешь, где мы живём? – Дома. – А где именно? – На чердаке! А жили мы тогда в Москве, на Шелепихе, на последнем этаже двенадцатиэтажной башни.
– Машенька, хочешь кушать? – Очень хочу! – Тогда я сварю кашу. – Не хочу кашу! – А чего же ты хочешь? – Поесть!
– Не ешь виноград, бабушка! – Почему? – А он плохой, кислый, у тебя животик заболит. Дай лучше мне!
Рассматривают с папой картинки в книжке. – Смотри, папа, белочка ещё маленькая, она умеет только прыгать и орешки грызть, а разговаривать пока не научилась!
– Машенька, сколько тебе лет? – Три лета! – Нет, тебе – два года. – Года – два, а лета – три!
– Мама, а ты тоже большая? Тебе, значит, тоже три лета?
Гуляют с папой. – Ну папа, куда же ты уходишь? – Я просто отошёл. – А ты и не отходи. – Почему? – А я ещё маленькая, и меня нельзя оставлять одну!
– Мама, купи мне серёжки. – Хорошо, но мало того, чтобы купить. – А что? – Надо же ещё и ушки проколоть, чтобы их носить, а это будет больно. – Будет больно, а потом пройдёт? – Конечно. – Тогда я потерплю!
Слушаем по радио старую песню «Крутится, вертится шар голубой». Вот и слова «Кавалер барышню хочет украсть». – Маша, а ты хоть знаешь, кто такая – барышня? – Ну конечно: и я – барышня, и мама – барышня. – А бабушка? – И бабушка – тоже барышня!
Спряталась в кухне за дверь. – Мама, ищи меня! – Мне некогда. – Нет, ты плачь, плачь, где я? – Ну, считай, что уже плачу. – Нет, ты сильно-сильно, громко-громко плачь: где моя дорогая Машенька?!
– Мама, а куда ты уходишь утром? – На работу. – А что ты там делаешь? Наверное, ходишь по магазинам? – Да нет. По магазинам я хожу потом, а сначала я работаю: читаю, считаю, пишу. – Значит, там у тебя есть и карандаш, и стул, и стол, и взрослые книжки? – Всё есть. – А когда я подрасту, ты хоть один раз возьми меня с собой на работу, а пока принеси твои взрослые книги с работы и мне почитай!
Я купила себе сапоги. – Ах, какие красивые! Мамочка, что же ты будешь с ними делать? – Как что? Носить. – А где? – На улице. – Ой! Не надо на улице, носи лучше дома: на улице грязно, они там испачкаются и состарятся!
Пришли гости. Обедаем, разговариваем... К ребёнку – особый интерес: – Машенька, кто по профессии твоя мама? – На работе, что ли? Инженер. – А папа? – Папа… военный. – Значит, мама весь день работает. А что она делает дома? – Убирает, готовит и шьёт. – А папа? – Только кушает!
– Всё! В садик больше не пойду! – Почему? – Там баловаться нельзя, а дома всё можно!
Маша заболела, простыла. Уже третий день сидит дома. – Всё, уже всё прошло, ведите меня скорее в садик, я не могу так долго быть выходная!
– Машенька! Ты помнишь Ромочку? (Это мой племянник, сын моего брата Константина.) – Конечно, он живёт далеко, в Новгороде. – Далеко, зато рядом и дедушка, и бабушка. – И кто же они такие? – Как кто? Это мои родители, а тебе – бабушка Нина и дедушка Витя. – Бабушка – ещё ладно... Но у Ромочки нет дедушки! – А дедушка Витя? – А он только мой дедушка, а больше ничей!
– Маша, а Ромочку ты любишь? – Очень люблю. – Почему? – Потому что он хороший! – А почему же ты его обижала? – А потому что он плохой!
Чувство привязанности – как чувство личной собственности. Это надолго. Идём с Машей по улице. Кругом мамы и бабушки с детьми и колясками, все сюсюкают с чадами. Мой ребёнок того же ждёт и от меня. Но так вот, на улице, демонстрировать свои чувства не стоит, и я веду себя с дочкой довольно сдержанно. Маша начинает сомневаться в том, что я её люблю. – Мама, а ты – точно моя мама? – Ещё бы, а ты сомневаешься? – Нет, но ты – не птичкина мама? – Нет. – И не кошкина мама? И не рыбкина, и не собачкина? – Да что с тобой? Конечно, нет. – Значит, только моя? – Твоя. – Какое счастье!
В морозный солнечный день приходит папа с улицы домой. – Смотри, доченька, как Дед Мороз меня за уши пощипал, как им было холодно! Маша потрогала ручками красные Володины уши. – Нет, они не холодные, а горячие, значит, это их Солнышко нагрело!
– Ну-ка, Машенька, убери свои игрушки, а то раскидала их по всей комнате. Ведь уже поздно, скоро спать пора. – А ты включи тогда свет, а то темно, и можно в них заблудиться. И ещё: ты хоть знаешь, как собирать игрушки тяжело! – А разбрасывать не тяжело? Так, может, ты себя чувствуешь неважно, тогда придётся мне. – Нет, важно, важно!
– Мама, а я уже большая? – Да. – Тогда отдай меня в школу. – Что же ты там делать собираешься? – Читать, писать, учиться играть на пианино, на гитаре и ещё всякое другое. Тебе ведь некогда, а там меня всему научат!
Надеваю пальто, примеряю к нему два разных сапога: один – длинный, другой – короткий. Смотрю, какой из них больше подходит по стилю. Машенька заметила: – Один – очень красивый, а другого не хватает!
Сморит в детскую книжку, «читает» наизусть. Запнулась… Значит, забыла: – Какое несчастье, что я не умею читать!
Я убираю квартиру и вздыхаю: – Кругом одна стирка, уборка, обеды – и больше ничего... – Как ничего? Это и есть жизнь!
Вспоминаем другой мультфильм, про Дюймовочку, особенно часто тот эпизод, где жабы ведут разговоры между собой. Тем временем дело подошло к обеду. – Ну что, Машенька, уже пора обедать. – А потом? – Потом тебе положено поспать – тихий час. – Совсем как у жаб: поели – можно и поспать, поспали – можно и поесть, ведь после сна будет полдник?!
Опять вспоминаем и обсуждаем любимую сказку «Дюймовочка», опять про жаб, которые украли девочку. Вдруг слёзы: – Мама, я никогда не выйду замуж! – Это почему же? – Не хочу замуж за жабу! – Вовсе не обязательно выходить за жабу! – А за кого же? – А что там в других сказках? – Ага, за принца, за принца, как Золушка! Тогда ладно уж. Выйду!
Слушаем пластинку, сказку «Кошкин дом», как раз тот эпизод, когда котята стучатся в окно к кошке. – Мама, а котятам холодно? – Да. – А они голодные? – Конечно. – А куда же тогда смотрит их мама? – У них нет мамы, послушаешь сказку дальше и сама поймёшь. – Что ты говоришь: нет мамы? Так не бывает!
Прочитали очередную сказку – про Карлсона, живущего на крыше. – Мама, а кто такие воры? – Воры – это те, кто берут чужое, а это очень плохо, ты это знаешь. – А как же тогда я? – А что – ты? – Я взяла в поликлинике у чужой бабушки конфетку! – Так это бабушка сама тебе дала, то есть угостила. – Тогда я не вор? – Конечно, нет. – А если я что чужое найду? – Лучше бы уж никто ничего не терял. – И то правда!
Рассказывает сказку про Курочку Рябу: – Мышка бежала, хвостиком махнула, яичко упало и... рассыпалось. Рассказывает другую, очень запутанную сказку: – Жили-были дедушка и бабушка, и была у них дочка Василиса Прекрасная, да ещё и её жених Иван-царевич, и страшный Змей Горыныч. – А змей-то зачем, охранять их, что ли? – Да нет, просто так в сказке полагается! – Ну, а дальше что? – Ничего. Ты меня перебила!
|